Понедельник, 27.06.2022, 07:46
Приветствую Вас Гость | RSS

  ФЕНИКС творческое объединение


Категории раздела
alaks
amorenibis
Элла Аляутдинова
Арон 30 Sеребренников
Вячеслав Анчугин
Юлия Белкина
Сергей Беляев
Борис Борзенков
Марина Брыкалова
Ольга Вихорева
Геннадий Гаврилов
Сергей Гамаюнов (Черкесский)
Алексей Гордеев
Николай Данильченко
Артем Джай
Сергей Дорохин
Маргарита Ерёменко
Яков Есепкин
Андрей Ефимов
Елена Журова
Ирина Зайкова
Татьяна Игнашова
Борис Иоселевич
Елена Казеева
Марина Калмыкова-Кулушева
Татьяна Калмыкова
Виктор Камеристый
Ирина Капорова
Фёдор Квашнин
Надежда Кизеева
Юрий Киркилевич
Екатерина Климакова
Олег Кодочигов
Александр Колосов
Константин Комаров
Евгений Кравкль
Илья Криштул
Сергей Лариков
Джон Маверик
Валерий Мазманян
Антон Макуни
Александра Малыгина
Зинаида Маркина
Ян Мещерягин
Здравко Мыслов
Нарбут
Алена Новак
Николай Павленко
Анатолий Павловский
Палиндромыч
Павел Панов
Иван Петренко
Алексей Петровский
Татьяна Пильтяева
Николай Покидышев
Владимир Потоцкий
Елена Птицына
Виталий Пуханов
Евгений Рыбаков
Иван Рябов
Денис Саразинский
Роман Сафин
Иван Селёдкин
Сергей58
Тихон Скорбящий
Елена Соборнова
Валентина Солдатова
Елена Сыч
Геннадий Топорков
Константин Уваров
Владимир Усачёв
Алексей Федотов
Нара Фоминская
Наталья Цыганова
Луиза Цхакая
Петр Черников
Сергей Черномордик
Виктор Шамонин (Версенев)
Ирина Шляпникова
Эдуард Шумахер
Поиск
Случайное фото
Блоги







Полезные ссылки





Праздники сегодня и завтра

Права
Все права на опубликованные произведения принадлежат их авторам. Нарушение авторских прав преследуется по Закону. Всю полноту ответственности за опубликованную на сайте информацию несут авторы.

Стихи и проза

Главная » Стихи и проза » Авторские страницы (вне сообществ) » amorenibis
amorenibis

Великий магистр Аламата (гл. 4)
Глава 4. Три великих султана суннитского толка
 
Аль-Марик был в услужении у Хасана ибн Саббаха 5 лет. Однажды он наткнулся на секретную информацию о трех великих султанах суннитского толка. Вот что он прочитал о них: Известия о Тогрул-беке Султан Рукн-ад-дин Абу-Талиб Тогрул-бек Мухаммед ибн Микаил ибн Сельджук начал править (Нишапуром) в 424 (= 1033) г. (Дата ошибочная, следует 429 (= 1037/1038) г.) Он пошел похвальным путем (настоящих) царей и выказал уменье править и (знание) обычаев царствования. . . Султан Тогрул-бек и все (сельджукские) султаны имели |98| (подходящих) везиров, хаджибов и сановников. Везиры его: Салар-и-Бужган Абу-л-Касим Кубани, (Ср. выше, стр. 271, прим. 1.) Аба-Ахмед (Так в тексте.) Дихистани Амрук и Амид-ал-мульк Абу-Наср ал-Кундури. Хаджибы его — хаджиб Абд-ар-рахман Ализан ал-Агаджи. Его печать (имела) изображение булавы. Продолжительность его царствования — 26 лет. Когда утвердилось его владычество и слава его, стала увеличиваться день— |99| ото-дня, слух (о том) дошел до Мас'уда (газневидского). Мас'уд лично выступил из Газны с войском при полном снаряжении и через Буст и Тегина-бад |1 00| пришел в Хорасан, чтобы отомстить (за поражение) войска. В это время отделившийся от брата Тогрул-бек находился в Тусе. Султан Мас'уд намеревался произвести нападение (на Тогрул-бека) и не допустить того, чтобы братья успели соединиться. Когда наступила ночь, он сел на быстроходную слониху и с летучим отрядом (конницы) устремился в Тус. (До Туса) было 25 фарсахов расстояния. На спине у слонихи он заснул. Никто не осмелился разбудить его, и (боялись) гнать слона быстро. Когда наступило утро, пришло известие, что Тогрул-бек ускользнул и соединился с братом Чагры-беком. Султан казнил вожака слона. Возвратившись оттуда, Мас'уд дал сражение, померявшись силами с Сельджуками в пустыне, которая находится между Серахсом и Мервом. В этой пустыне в нескольких местах была вода. Сельджуки удалили воду и засыпали колодцы... Солдаты Мас'уда и лошади обессилили от жажды, [354] не могли выдержать натиска неприятелей и под конец повернули спину. |101.| Увидев себя в одиночестве, Мас'уд (также) повернул тыл. Он сел на слона, так как лошадь тащила его с трудом, и обратился в бегство. Казна, обоз, тяжести и все военное снаряжение остались на месте, а он поскакал... Когда султан Мас'уд двигался, убегая, несколько (отрядов) туркмен гнались за ним следом. Мас'уд со слона пересел на лошадь и сделал атаку. Он ударил булавою, но голове одного всадника и самого всадника, и лошадь его уложил на месте, разбив вдребезги. Каждый отряд (туркмен), который подходил и видел этот удар, уже обходил то место. |102.| Когда Сельджуки выиграли сражение, они сразу забрали силу. Войска, (дотоле) рассеянные по окраинам Хорасана, присоединились к ним. Люди исполнились уважением к ним, царство утвердилось за ними, мир покорился им, и они достойным образом правили миром... После того оба брата, Чагры-бек и Тогрул-бек, их дядя Муса ибн Сельджук, которого называли Ябгу Калян (Ябгу старший), дети дяди, вельможи-родственники и воины из войска сели (для совета) вместе и заключили договор согласия друг с другом. Я слыхал, что Тогрул-бек дал одну стрелу брату и сказал: «Сломай». Последнему ничего не стоило сломать ее. Тогрул положил две вместе — тот сделал то же самое. Дал три — сломал с трудом. Когда дошло до четырех, сломать оказался не в состоянии. Тогрул-бек сказал: «Такая же история и с нами: пока мы будем разделены, всякое ничтожество сможет одолеть нас, а (если) мы будем вместе, никто не одержит победы над нами. Если между (нами) появится разногласие, мир не покорится нам, враг возьмет верх над нами, и царство уйдет из наших рук...» После того они вместе написали по разумным соображениям и в соответствии (с обстоятельствами) письмо эмиру правоверных (халифу) ал-Каиму. |103| «Мы, слуги, — род Сельджуков, были племенем всегда покорным и сторонниками его святейшества. Мы постоянно старались вести войну с неверными и неизменно посещали великую ка'бу. У нас был один дядя, почитаемый (нами) и наш предводитель, Исраил ибн Сельджук. Ямин-ад-даула Махмуд ибн Себуктегин полонил его без всякой вины и проступка и отправил в Хиндустан в крепость Каланджар. Семь лет Махмуд держал (его) в оковах, пока он не умер. Многих из наших родственников и близких нам Махмуд держал по крепостям. Когда Махмуд умер, на его месте сел сын его Мас'уд. Он занимался не делами государства, а забавами и развлечениями. Поэтому сановники и вельможи Хорасана попросили нас, чтобы мы встали на их защиту. Против нас выступило его войско. У нас были наступления и отступления, поражения и победы. Наконец, счастье улыбнулось нам, и в последний раз Мас'уд собственной персоной направился на нас с огромным войском. С божией помощью мы победили, и разбитый Мас'уд повернул тыл и с позором и опущенным знаменем оставил нам государство. Благодарные за этот (божественный) удар и признательные за эту помощь, мы разостлали (ковер) правосудия и справедливости. Мы уклонились от пути несправедливости и притеснения и хотим, чтобы это дело (шло) дорогою религии и по приказу эмира правоверных» |104.| Это письмо они послали через доверенное лицо — Абу-Исхака ал-Фукка'и. В то время везиром, главным управителем и руководителем всех дел был Салар-и-Бужган. Когда это письмо было отправлено, Сельджуки поделили область. Каждый из предводителей получил назначение в одну из сторон. Чагры-бек, который был старшим братом, (своею) столицей сделал Мерв и большую часть Хорасана взял в свое ведение. Муса Ябгу Калян был назначен в область Буста, Герата и Сеистана с их пределами, насколько он сможет захватить. Кавард, старший сын Чагры-бека (получил) область Табаса и страну Керман, Тогрул-бек пошел в Ирак, а Ибрахим Йинал, который был его братом по матери, племянник эмир Якути и сын его дяди, [355] Кутулмыш, были (зачислены) на службу к Тог-рул-беку. Когда Тогрул-бек завоевал Рей и сделал его своей столицей, он послал Ибрахима Йинала в Хамадан, эмира Якути в Абхар, Зенган и пределы Азербайджана, а Кутулмыша в область Гургана и Дамгана. [Когда послание сельджукских предводителей прибыло в столицу |105| халифата, эмир правоверных (халиф) ал-Каим отправил к Тогрул-беку в Рей в качестве посла Хиба-таллаха ибн Мухаммеда ал-Мамуни. Посол находился у Тогрул-бека в течение 3 лет. В 437 (= 1045/1046) г. эмир правоверных отдал распоряжение читать хутбу с именем Тогрул-бека, выбивать его имя на монете и величать титулом: султан Рукн-ад-даула Абу-Талиб Тогрул-бек Мухам-мед ибн Микаил Ямин-эмир-ал-муминин. В дальнейшем |106-114| описываются последующие успехи султана Тогрул-бека: овладение обоими Ираками и Кухистаном, войны с мятежным, выступившим против халифа, сипехсала-ром Басасири (449 = 1057), возвращение халифу Багдада (451 = = 1059) и под конец среди беспрерывных походов смерть Тогрул-бека от кровотечения из носу, вследствие сильной жары в Рее, перед его женитьбой на сестре халифа (455 = 1063).] [В 535 (= 1141) г. султан Санджар был разбит каракитаями под |173| Самаркандом и едва спасся от плена. Ему удалось пробиться через неприятельские ряды и ускакать в пустыню. Из отряда в 300 человек у него осталось только 15. Он пришел в Термез, взяв туркменского проводника. Во время |174| его отступления хорезмшах Атсыз восстал против своего сюзерена, разграбил Мерв и Нишапур и взял большую добычу.] * Восстание гузов против султана Санджара В конце 548 (= начало 1154) г. произошло восстание гузов. Гузы были |177| племенем (хейль) из туркмен. Местожительство и пастбища их были в Хутталане, одном из окру-гов, (подвластных) Балху. Давать ежегодно на султанскую кухню 24 000 баранов было (их) повинностью. (Все) это собиралось у хансалара (стольника) и взимать ходил его человек. Подобно тому, как бывают притеснения и насилия от султанской челяди, этот человек, который ходил от хансалара, производил над ними насилие. При отборе ба-ранов он предъявлял такие требования, которые превосходили всякую меру. Языком же болтал глупости. Между ними были великие эмиры и богатые люди со средствами. Он домогался взять с них взятку... Они взятки не давали и не могли стерпеть (этой) низости. Тайно этого человека они убили. (Хафиз-и-Абру (рукопись Гос. Публичной Библиотеки Вост. 290, л. 208б), пользовавшийся тем же источ-ником, что и Равенди (недошедшим до нас сочинением Захир-ад-дина Нишапури, составленным в конце XII века — «Сельджук-намэ»), пишет: «Гузы были многочисленным народом, но два племени из них были самыми большими. Одно из этих племен называлось учук (***), у них эмиром в то время был Абу-Шуджа Тути ибн Исхак, другое племя называлось ясарак (***, очевидно бузук); их эмира звали Коргут (*** чит. ***) ибн Абд-ал-хамид. Их повинностью (вазифа) было 24 000 баранов каждый год, которых они представляли для кухни султана Санджара. Собирал их хансалар и для взимания этого был назначен и ездил (к ним) сборщик от хансалара. Наглые притеснения из-за султанского скота перешли границы. Этот сборщик при-теснял их: каждого барана, которого к нему приводили, он не одобрял и говорил: "должен быть больше и жирнее". Он совершал по отношению к ним много безрассудных выходок и бесчестил их старшин, а между ними были эмиры и они имели большое богатство. Переносить это унижение было им тяжело и они подговорили одного человека, чтобы он тайно убил этого сборщика. ..») Когда он в свое время не вернулся назад и про это узнал хансалар, то последний не осмелился доложить султану. Хансалар сам внес то, что следует и доставлял полагающееся на (султанскую) кухню. Но вот эмир сипехсалар Кумач, который был правителем Балха, прибыл к султану [356] в столицу Мерв. Султанская челядь и хансалар рассказали ему об этом (случае). Кумач сказал султану. «Гузы забрали силу и находятся близко от моей области. Если государь пожалует мне пост шихне (Ср. выше, стр. 314.) над ними, я усмирю их и отправлю на султанскую кухню полагающиеся 30 000 баранов». Султан дал им согласие. Кумач послал к ним (гузам) шихне и |178| потребовал пеню за убийство (расм-и-джинаят). Они не захотели подчиниться и не согласились (принять) шихне, сказав: «Мы личные подданные (ра'ийят-и-хасс) султана и не пойдем под власть кого-либо другого». Ших-не же они прогнали с позором. Эмир Кумач и сын его Ала-ад-дин Мелик-ал-машрик отправились напасть на гузов со всем (своим) войском. Гузы пришли в боевом порядке и в сражении убили Кумача и его сына. Когда известие об этом было получено султаном, эмиры государства закипели (гневом) и сказали: «Невозможно потакать подобным поступкам. Если их не посадить на свое место, то нахальство их увеличится. Государю (лично) следует тряхнуть (стременем), так как дело с ними не должно считать пустячным делом». Получив сведения о выступлении султана, гузы испугались и отправили послов, сказав: «Мы, слуги, были постоянно покорны (государю) и не нарушали его повелений. Когда Кумач хотел напасть на наши жилища, мы сражались по необходимости ради (наших) детей и жен. У нас не было намерения убить его и его сына. Мы дадим 100 000 динаров и тысячу тюркских рабов, лишь бы падишах простил нам наш грех, а каждый слуга, которого выдвинет султан, будет Кумачом». Султан был согласен принять выражение их покорности. Но эмиры настаивали на этом и принудили его выступить в их страну. (Войска) |179| оставили (за собою) 7 рек по не удобопроходимым дорогам и приняли на себя эти тягости. Когда султан добрался до гузов, они вывели вперед своих жен и малых детей и приблизились со смирением, прося о помиловании. Они были согласны дать 7 манов серебра с каждой палатки. Султану стало жалко их, и он хотел возвратиться назад. Эмир Муайид Бузург, (Вероятно, тождествен с Муайидом Ай-аба.) Яранкаш и Омар Аджами остановили султана и сказали: «Возвращаться назад, нет никакой выгоды». Муайид не позволил вернуться султану. Большая часть войска была не расположена к Муайиду — во время сражения воевали неохотно. Так как гузы потеряли надежду на милость султана, то они бились за жизнь и за сохранение (своего) достояния, и не прошло много времени, как войско султана было разбито и бросилось бежать. Гузы пустились за ними в погоню, и много народу потонуло в тех реках и было убито. Они окружили султана, почтительно взяли его и привели в столицу Мерв. Они назначили от себя свиту и слуг и сменяли (их) каждую неделю. |180| Гузы 3 дня без перерыва грабили Мерв, который был столицею со времен Чагры-бека и столько времени наполнялся запасами, кладами, сокровищами царей и эмиров государства. В первый день они грабили золотые, серебряные и шелковые предметы; на второй — бронзовые, медные и железные. На третий день растаскивали подушки и постели, глиняные кувшины и бочки, двери и деревянные предметы. Большинство жителей города взяли в плен. После грабежей подвергали (жителей) пыткам, пока они не открывали спрятанное. Они не оставили ничего ни на земле, ни под землей. Затем гузы отправились в Нишапур и (там) к ним присоединились (люди), следующие за войском, (Повидимому, речь идет о мародерах.) которых было в три раза больше, чем их самих. Жители Нишапура сперва старались дать им отпор и некоторых из них [357] убили в городе; когда (гузы) узнали об этом, они привели ополчение (хашар). (Хашар — ополчение. Термином этим в источниках часто обозначается население завоеванных мест, мобилизованное на вспомогательные работы по осаде городов. В таком значении этот термин встречается в источниках монгольской эпохи. В настоящее время имеет значение помочи, коллективной работы при уборке полей.) Большинство женщин, мужчин и детей, укрылось в неприступную соборную мечеть. Гузы обнажили сабли и перебили в мечети столько народу, что убитые потерялись в море крови... Около базара была одна мечеть, которую называли Масджид-и-мутарраз, большая мечеть, вмещавшая 2000 молящихся. Она имела высокий купол, убранный разрисованным деревом, все (ее) колонны были расписаны. Когда наступила ночь, гузы подожгли ее. Пламя так высоко поднималось к (небу), что во всем городе стало светло. При этом свете они грабили и ловили в плен до наступления |181| дня. Гузы несколько дней оставались под городом и каждый день с рассветом входили (в него). Когда снаружи уже ничего не осталось, они (стали искать) в тайниках домов, продырявливали стены, разрушали здания. Пленников же подвергали пыткам и набивали им рот землей, пока они не открывали то, что ими было спрятано, или же не умирали. Жители с наступлением дня бежали в колодцы, в ямы, в старые и разрушенные каналы... Когда же около времени вечернего намаза гузы выходили из города, жители возвращались вновь, чтобы посмотреть, что наделали гузы и что утащили. Невозможно и сосчитать, сколько тысяч народу было погублено за эти несколько дней. Там, где в пытках убивали шейха Мухаммеда Аккафа, наставника и предводителя шейхов, потомка рода праведных, или таких, как Мухаммед-и-Яхью, главу имамов Ирака и Хорасана, предводителя улемов, где совершали такие вещи с устами, которые столько лет были родником наук шариата и источником богословских догм, (можно представить), чему подвергали других . . Гузы ушли. Между жителями города по причине различия в |182| религиозных толках еще со старинных времен была взаимная вражда. Каждую ночь какая-нибудь партия созывала из какого-нибудь квартала ополчение (хашар), поджигала кварталы противников, и то, что оставалось еще от гузов, уничтожалось. К этому присоединились голод и эпидемия, так что те, которые спаслись от меча и пыток, умерли в страданиях. Несколько алидов и главарей толпы шахристана отстроили цитадель и поставили на башни метательные машины, дав у себя убежище остатку слабых. Муайид Айаба отстроил Шадьях, бывший (прежде) двор-цом султана и эмиров и обладавший старинными стенами. Материалы из кирпича и дерева, уцелевшие в городе, они перевезли туда. 2 — 3 года спустя Нишапур, этот богатый и прекрасный город, стал таким, что ни один человек не узнавал своего квартала. . . В (этом) городе, каков был Нишапур, там, где были собрания друзей, школы (медресе) наук и местопребывание лучших людей, паслись стада, (рыскали) дикие звери и (ползали) гады. Со всеми городами Хорасана гузы проделали то же самое, за |183| исключением г. Герата, который имел крепкие стены и которого они не могли взять. Султан Санджар оставался среди них 2 года. Случилось (однажды), что они подошли к Балху. Некоторые из приближенных (султана) — Муайид, Ай-аба и другие — пришли к нему для приветствования. Однако без присутствия гузских эмиров Коркуда и Тути-бека они не осмеливались ходить к султану. Муай-ид Ай-аба подкупил один гузский отряд и обещал ему от султана вознаграждение. Однажды этому отряду пришла очередь (держать караул) при султане. Сели (на лошадей), чтобы развлечься охотой с соколами и поехали прямо к берегу Джейхуна напротив Термеза. Корабль подготовили заранее. Когда время возвращаться султану прошло, гузские эмиры пошли следом за пим. Достигнув берега реки и увидев, что те [358] переправились через реку, они потеряли надежду (воротить их). Султан же пришел в крепость Термез. Когда слух (об этом) распространился окрест, эмиры и хорасанские солдаты стали приходить по одному, по два, и султан, заручившись войском, отправился в Мерв, остановился во дворце (даулет-хане) Андарабы и занялся исправлением расстроенного и собиранием разбросанного. Прошло 2 — 3 месяца. Султаном овладело горестное раздумье, так как |184| он видел казну пустою, государство разрушенным, подданных разбежавшимися со страха и войско непослушным. Тревоги и заботы о себе в соединении с человеческой слабостью закончились болезнью, в результате которой в 551 (= 1156) г. он умер. (Год смерти султана Санджара — 552 (= 1157), а не 551.) Его похоронили во дворце, который сооружен в Мерве. |185| Султан родился в Сирии, в г. Санджар, (Город Санд-жар находился не в Сирии, а в Джезире (Мосульский вилайет).) в 479 (= 1086) г. Жил он 72 года и несколько месяцев, продолжительность царствования его — 61 год: 20 лет управлял Хорасаном и 41 год всей империей. Известия о Алп Арслане. И правил Халебом после него сын его Алп Арслан, которого прозвали бессловесным. А было ему 16 лет, и мать его была дочерью Ягысьяна, правителя Антиохии. Речь его отличалась медлительностью и несвязностью, и поэтому его так прозвали. Он был необузданным, небольшого ума; отменил те незаконные поборы и налоги с жителей Халеба, которые восстановил его отец. И схватил он своих братьев — Малик-шаха и Мубарака, а Мубарак был от рабыни, а Малик-шах — от его матери — и убил их. То же самое сделал и его отец Ридван со своими братьями — обрати внимание на это странное совпадение! И схватил некоторых приближенных (хавасс) своего отца и убил одних из них и отобрал имущество у других. А управляющим его делами был евнух его отца, которого звали Лулу ал-Иайа, и это он соорудил ханака ал-Балат в Халебе. А до перехода к Ридвану /168/ он служил у Тадж ар-Руаса ибн ал-Хилала и таил в своей душе злокозненные замыслы. А положение батинитов в Халебе при его отце укрепилось. К их толку примкнуло много народу, ища у них убежища; каждый, кто желал уберечь себя от гибели или обиды, приходил к ним. А во время смерти Ридвана в Халебе находился Хусам ад-дин [141] ибн Дамладж, а с ним пришли проповедники [его сторонники, в том числе] перс Ибрахим — один из его помощников в деле охраны крепости за Балисом (?). Борьба с батинитами. И написал [султан] Мухаммад ибн Малик-шах Алп Арслану: «Твой родитель противился мне [в борьбе] с батинитами, а ты, сын его, должен стараться перебить их». И начал раис Ибн Бади, предводи-тель ахдас, переговоры с Алп Арсланом по поводу этого, и было решено обрушиться на них с местью и поддерживать друг друга в этом. И был схвачен Абу Тахир ас-Саиг и убит и убит даи Исмаил /169/, и брат ал-Хакима-астролога, и знатные люди этого толка в Халебе, и было схвачено их около 200 человек. И заточил [Алп Арслан] некоторых из них в тюрьму и забрал все их имущество. Одних из них он потом отпустил, Других сбросил с вершины крепости, третьих перебил. Кое-кому из них удалось бежать, и они рассеялись по стране. И бежал дай Ибрахим из крепости (?) в Шейзар, а Хусам ад-Даула ибн Дамладж ускользнул от заключения и умер в ар-Ракке. А франки потребовали у Алп Арслана подать, которая лежала на Халебе, и он уплатил ее из своих средств, и ни один из жителей Халеба не был обременен каким-либо на-логом для этой цели. Атабек Тугтегин Затем Алп Арслан нашел, что страна нуждается в лучшем управлении, и его слуги и соратники посоветовали ему написать атабеку Тугтегину, эмиру Дамаска. И он (Алп Арс-лан) стал искать поддержки его (Тугтегина) и просил его прибыть для управления Халебом и войском и действовать в интересах его (Алп Арслана) государства. И Тугтегин ответил ему и принял его предложение, ибо он (Алп Арслан) был юношей; его не страшили неверные, и он не думал об этом. И стали провозглашать его (Алп Арслана) имя с мимбаров Дамаска после упоминания имени султана и чеканить монеты с его именем, и это происходило в месяце рамадане (507 г. х. = 9 февраля — 10 марта 1114 г.). И в подтверждение всего этого Алп Арслан вышел сам со своею свитой /170,/ а атабек направился в Дамаск для встречи с ним, и соглашение, [заключенное] между ними, упрочилось. И встретил его атабек [на расстоянии] двух переходов, и приветствовал его, и прибыл с ним, и поместил его в крепости Дамаска. И был чрезмерен в своей приветливости и услужливости (букв. «стоял на своей голове»). И передал ему (Алп Арслану) золотой сосуд, и птицу, унизанную драгоценными камнями, и несколько кусков дорогих [материй], и нескольких коней и приветствовал также его спутников. И находился он (Алп Арслан) в Дамаске несколько дней, а в [142] начале шаввала (507 г. х. = 11 марта — 8 апреля 1114 г.) отправился обратно в Халеб, а с ним атабек и его войско. И наводился он при атабеке (Тугтегине) некоторое время. И разжаловал Кумуштегина ал-Баалбаки, командующего войском, которого его приближенные посоветовали ему схватить. И он (Алп Арслан) так и сделал и схватил [также] нескольких знатных лиц из своего войска и ве-зира Абу-л-Фадля ибн ал-Мавсула. А атабек выпросил у него Кумуштегина, и он подарил ему его. И заключил он [в темницу] раиса Халеба Сада ибн Бади, который был важной персоной при его отце Ридване. Его долго мучили, а потом отняли имущество, так что он (Сад)" желая гибели, ударил себя в тюрьме ножом. Затем, после отнятия имущества, он был отпущен и ушел со своими людьми из Халеба, направляясь в крепость Джабар к Малику ибн Саламу. /171/ Возвышение ал-Фурати. И был передан пост раиса в Халебе Ибрахиму ал-Фурати, и он упрочил [свое положение], получив титул, и его имя стали восхвалять. И это к нему восходит [название] площади Ибн Фурати вблизи иракских ворот Халеба. А атабек (Тугтегин) увидел злоупотребления и вред, наносимые управлению из-за умаления своих прав и противодействия своим указаниям, и это он нашел неприемлемым для себя и вернулся из Халеба в Дамаск. С ним ушла и мать Малика Ридвана, бежавшая от своего внука. А образ жизни Алп Арслана был дурным. Он всецело предался греху, насилию над женщинами и убийствам. И дошло до того, что он однажды отправился в Айн Муба-рак, сад [для гулянья], и взял с собою 40 рабынь, и разбил там шатер, и совершил прелюбодеяние с каждой из них. Лулу ал-Йайа. А Лулу ал-Йайа стал вершить дела, и отнял имущество у некоторых должностных лиц, и возвратил везират Абу-л-Фадлю ибн ал-Мавсулу. А Алп Арслан собрал нескольких эмиров и привел их в один из покоев дворца, подобный подземелью, чтобы они осмотрели его, и, когда они туда вошли, сказал им: «А что вы скажете, если я всем отрублю здесь головы?» И ответили они: «Мы — твои рабы и в твоей власти». И устремились они к выходу оттуда и умоляли его (Алп Арслана), пока он их не выпустил. И был в их числе Малик ибн Салам, правитель крепости Джабар; выйдя оттуда, он ушел /172/ из Халеба — покинул его, опасаясь за свою жизнь. Убийство Алп Арслана. А Лулу ал-Иайа опасался его (Алп Арслана) и убил его на его ложе, в [одном из помещений] крепости Халеба, в раби I 508 года (5 августа—3 сентября 1114 г.), и помогали ему в этом Караджа ат-Турки и другие. [143] Правление Султан-шаха И оставался Лулу ал-Йайа в крепости Халеба, а Шамс ал-Хавасс — в войске. И Лулу облек [властью] его (Алп Арс-лана) младшего брата, а было ему шесть лет, и его звали Сутан-шах ибн Ридван. А Лулу управлял делами его государства, и управление это было плохим. Действия Лулу. Лулу и военачальники Халеба писали ата-беку Тугтегину и другим [эмирам], призывая их в Халеб для отражения франков, но ни один из них не отозвался на это. И удивительно, что из произносящих хутбу на имя правителей Халеба не находилось никого, кто желал бы направиться туда /173/ и защищать его от франков. А причина была в том, что эти военачальники желали, чтобы франки оставались там, [где были], чтобы упрочить свое положение. И уменьшились пастбища в области Халеба, ибо большей ее частью овладели франки, и [люди] страшились за оставшееся. И уменьшились поступления, а они были нужны для раздачи войску. И Лулу продал многие деревни в области Халеба, а распродажей ведал Абу Ганам Мухаммад ибн Хибат Аллах ибн Абу Джарада, кадий Халеба. А Лулу ведал расходованием вырученных за них средств на нужды дворца, войска и города. И схватил Лулу везира Абу-л-Фадля ибн ал-Мавсула и отнял имущество его. А сам отправился в крепость и оставался там вместе с Маликом ибн Саламом. А везиром назначил на некоторое время Абу-р-Раджа ибн ас-Сартана ар-Рахби, затем отнял у него имуще-ство и бил его. И вызвал он (Лулу) Абу-л-Фадля ибн ал-Мавсула и сделал его вновь везиром Халеба. А в ночь на воскресенье 28 джумада II (50)8 года (10 декабря 1114 г.) произошло сильное землетрясение в Халебе, Харране, Антиохии, Мараше и на границах Сирии. И упали башни северных ворот Антиохии и некоторые прилегающие дома, и погибло несколько [человек]. И оказалась разрушена крепость Азаз, а командующий ею бежал в Халеб, а между ним и Лулу была вражда. И когда командующий прибыл в Халеб, [Лулу] убил его, а в Азаз послал мастеров для возведения [города] и восстановления крепости. Были небольшие разрушения и в крепости Халеба. И разрушена была большая часть крепости ал-Асариб и Зардана. И говорили, что муэззин мечети Азаза был стражем крепости. И когда он сторожил, то заснул на башне мечети в крепости. А когда началось землетрясение, он упал на край рва /174/ и продолжал спать, не зная о случившемся. И проходили мимо него люди и подумали, что он мертв, и накрыли его. А он проснулся и стал их спрашивать, а они рассказали ему, что произошло. И сделался Шамс ал-Хавасс предводителем войска Халеба (аскар) и управляющим икта джунда, и поведение его в то время было праведным. А в начале своего правления Лулу был в крепости Халеба и давал распоряжения, не спускаясь оттуда. [144] В это время он писал султану, давая неискренние обещания сдать ему Халеб вместе с сокровищами, которые оставили Ридван и его наследник Алл Арслан, и потребовал направить к нему войска. И по приказу султана в Халеб прибыли Бурсук ибн Бурсук, предводитель войск, и Бакар-басан, и другие эмиры султана в 509 году (1115/16г.). Но намерения евнуха Лулу сравнительно с тем, что он писал султану, изменились, и он обратился к атабеку Тугтегину, призывая его на помощь и обещая сдать ему Халеб, если Тугтегин даст ему взамен [какую-либо] из областей Дамаска. И [Тугтегин] опередил [в этом деле] султана, ибо при-был в Халеб, когда султанские войска, направлявшиеся туда же, находились еще в Балисе. Оттуда они достигли ал-Маарры и лишь там узнали, что в этот день атабек при-был в Халеб. И они отказались [идти в] Халеб, а направи-лись к Хаме и взяли ее. И отняли Рафанийю у детей Али Курда и передали ее Хаир-Хану ибн Карадже. А Тугтегин начал опасаться, что войска султана направятся в Дамаск, и он взял войска Халеба, Шамс ал-Хавасса и Иль-Гази ибн Артука и стал просить помощи у правителя Антиохии Рожера и других франкских государей, и все они расположи-лись лагерем в Афамии. /175/ Известие о франках. А армии султана находились тогда в области Шейзара. Атабек же удерживал франков от столкновения с противником, опасаясь, что франки разобьют султанское войско и захватят всю Сирию или потерпят поражение, и тогда султанские войска лишат его всех его владений. И франки [также] испытывали беспокойство, а эмиры султанского войска почувствовали усталость от стольких перенесенные тягот. И двинулись войска султана, и расположились лагерем у Хисн ал-Акрад, и приготовились к взятию его. Но атабек и франки пришли к соглашению о возвращении обеих сторон в их владения, и они так и сделали. Шамс ал-Хавасс. И направился атабек в Дамаск, а халебское войско и Шамс ал-Хавасс возвратились в Халеб, и схватил его евнух Лулу и заточил. А войска султана в то время вернулись из Хисн ал-Акрад, и направились в Ка-фартаб, и осадили крепость, в которую франки превратили мечеть этого города, возведя там укрепления. И взяли ее [войска султана], и перебили тех, кто находился в ней, и направились в Мааррат ан-Нуман. И тюрки были теперь в безопасности и распространились по области ал-Маарры, предаваясь питию и грабежу, и в войске начался разлад. И прибыл посланец из Бузаа от Шамс ал-Хавасса, прося послать кого-либо, чтобы объявить ему о подчинении Бузаа, и сообщил, что /176/ евнух Лулу заточил Шамс ал-Хавасса [в этой крепости]. А Лулу был осведомлен о действиях войск [султана] и давал знать об этом франкам. И отправились Бурсук и Джамдар, правитель ар-Рахбы, в Данис, предполагая затем двинуться к Халебу; Джамдар остановился в одном из селений. [145] Поражение мусульман. И Бурсук с войском прибыл в Данис утром 23-го месяца раби II (4 сентября 1116 г.). Франки ежечасно получали известия о них, и настигли их, и расположили свое войско в области Джабал Суммак, а войско [мусульман] находилось в описанном нами положении — было рассеяно и разбросано, и не было у них силы против франков, и разбиты были они [на равнине] от Даниса до Телль ас-Султана. А люди из войска скрывались в селах, и феллахи грабили их и отпускали. Жители сел захватывали в несметном количестве то, что они бросили во время поражения. И не-возможно описать, чего только не брали эти нечестивцы: провизию, оружие, шатры, вьючных животных, различные орудия и предметы, которые невозможно счесть. [У франков в этот день] не погибло ни одного командующего или какого-либо другого значительного лица. А у мусульман было убито около 500 человек и примерно столько же взято в плен. И собрались [бежавшие мусульмане] у Телль ас-Султана, и направились они в ан-Нукру, не выполнившие своего долга и в раздоре между собою, и расположились там лагерем. А Аванба уже ввел в крепость Бузаа гарнизон, который вышел навстречу основному войску и, достигнув его, слился с ним. Тогда все эти войска вернулись к султану и в свои владения. И вышел Тугтегин /177/ из Дамаска и взял Рафанийю, гарнизон которой ему сдался. И отпустил Лулу из заточения Шамс ал-Хавасса, который вернул ему то, что получил ранее в икта,—Бузаа и прочее, и направился к Тугтегину. Атабек дал ему Рафанийю и вернулся в Дамаск, взяв его с собой. Убийство Лулу. А что касается евнуха Лулу, то он после постоянного пребывания в крепости Халеба стал временами выезжать оттуда верхом. И случилось так, что он на-правился в 510 году (1116/17 г.) с войском Халеба и чиновниками в Балис под видом охоты. А когда он прибыл в крепость Надир, воины убили его. Ак-Сункур. Мнения о цели выезда Лулу из Халеба были различны. Одни говорили, что он оставил свои деньги в крепости Даусар, поручив их там Ибн Малику, и поехал туда, желая вернуть их себе и возвратиться в Халеб. А султан уже пожаловал Халеб и ар-Рахбу Ак-Сункуру ал-Бурсуки. И некоторые сторонники Ак-Сункура, сговорившись между собой, сделали вид, что ушли от него и поступили на службу к Лулу; они сблизились с его свитой и склоняли ее к убийству Лулу. И, стремясь угодить Ак-Сункуру, который надеялся в случае гибели Лулу стать правителем Халеба, они убили Лулу. Затем некоторые из них направились в ар-Рахбу и сообщили [Ак-Сункуру] о происшедшем; Ак-Сункур ал-Бурсуки поспешил прибыть из ар-Рахбы в Халеб. Но часть его вои-нов объединилась с оставшимися из тех, кто убил Лулу, желая заполучить Халеб для себя. И направились они туда, а их опередил [146] евнух Ярукташ, один из слуг Малика Ридвана, и первым вошел в Халеб. /178/ А другие говорили, что страх побудил Лулу бежать, захватив с собой казну, в какую-то восточную страну для сохранения этого богатства. А когда [Лулу] прибыл в крепость Надир, Сункур ал-Джакармаши, увидя его, оказал: «Разве оставите вы безнаказанным того, кто убил Тадж ад-Даула, захватил его казну и бежал!» И закричал по-тюркски: «На зайца! На зайца!» И при этих словах воины Ак-Сункура пустили в Лулу стрелы и убили его. Ярукташ. А что касается Халеба, то [после ухода Лулу] его крепость в течение двух дней находилась в руках Ами-нат Хатун, дочери Ридвана, пока евнух Ярукташ не опередил всех, и не вошел в Халеб, и не расположился во дворце. И вывел [людей] из войска Халеба, и обрушился на тех, кто убил Лулу, и вернул то, что у него (Лулу) взяли некоторые воины Халеба. А кое-кто из стражников бежал и встретил Ак-Сункура в Балисе в начале мухаррама 511 года (5 мая — 3 июня 1117 г.). Нелегко было Бурсуки осуществить задуманное и переписываться с жителями Халеба и прочими, в нем находящимися, о сдаче его ему. Ему на это не отвечали. /179./ И написал евнух Ярукташ Наджм ад-дину Иль-Гази ибн Арту-ку, чтобы он прибыл из Мардина и заставил отступить Ак-Сункура; и писал также Рожеру, правителю Антиохии, и тот вступил в область Халеба и занял то, что было в его силах, из ее восточных земель. А в это время Бурсуки пришел в отчаяние из-за Халеба и прибыл из области Балиса в Химс, и правитель его Хаир-Хан принял его с почетом и направился вместе с ним к Тугтегину в Дамаск. И тот (Тугтегин) принял его (Ак-Сункура ал-Бурсуки) с почетом и обещал ему помочь [в отношении] Халеба. А Ярукташ заключил перемирие с правителем Антиохии Рожером, и вручил ему дань, и сдал крепость ал-Кубба. И упорядочил движение караванов из Халеба на юг, и стал получать полагающуюся с них пошлину. Затем Ярукташ подошел к крепости Халеба и намеревался совершить хитрость: напасть на нее с предводителями и овладеть ею, подобно тому, как это сделал Лулу. Но стражи крепости схватили его по приказу дочерей Ридвана после месяца его правления (Халебом) и изгнали его. А крепостью стал править один из слуг Ридвана. И были возвращены опека над Султан-шахом, и командование войском, и управление делами смотрителю войска ал-Амиду Абу-л-Маали ибн ал-Малаххи, и он вел дела и управлял. И обеднел [в это время] Халеб, и уменьшились его доходы, и пришли в упадок его окрестности. [147] /180/ Известия об Иль-Гази ибн Артуке И прибыл Иль-Гази ибн Артук в Халеб, и поместили его в крепости шарифа, не дав обосноваться в большой крепости. И он приступил к управлению делами и воспитанию Султан-шаха в 511 году (1117/18 г.). И были переданы ему Балис и ал-Кулиа. И был схвачен Абу-л-Маали ибн ал-Малаххи, и уменьшились поступления Халеба, в которых нуждались Иль-Гази и [прибывшие] с ним туркмены, и ему не удалось поправить дела. И родилась в нем неприязнь к жителям Халеба и его войску, и он ушел из него в Мардин. Но Балис и ал-Кулиа оставались в его руках. А Ибн ал-Малаххи вышел из заключения и вернулся к управлению делами. Войско, находившееся в Балисе, причиняло вред окрестностям Халеба, и [его жители] призвали франков. И выступила часть войска Халеба вместе с отрядом франков, и осадили они его (Халеб). И прибыл туда Иль-Гази со всеми своими туркменами, а войско Халеба и франки ушли из Балиса и продали его Ибн Малику, и он (Иль-Гази) вернулся в Мардин. А Тимурташ оставил своего сына заложником в Халебе. И прибыли в этом году (511 г. х.= 1117/18 г.) атабек Тугтегин и Ак-Сункур ал-Бурсуки в Халеб, и писали жителям его, предлагая сдаться, но те отказались отвечать на это, заявив: «Мы не /181/ хотим никого с Востока». И они направили [послание] и призвали франков из Антиохии для отражения их, и Ак-Сункур вернулся в ар-Рахбу, а атабек — в Дамаск. Возвышение Караджи. И усилилась дороговизна в Антиохии и Халебе, ибо губительный воздух [воздействовал] на корни растений при их созревании, и они погибали, и кре-стьяне бежали, страшась этого. А жители Халеба призвали Ибн Караджу из Химса, а он управлял его делами и укрепил его. И направился он в Халеб и обосновался во дворце, страшась Иль-Гази из-за то-го, что произошло между ними. И направился атабек в Химс, и разграбил его окрестности, и рассеялись по ним [его воины], и находился там некоторое время, и вернулся в Дамаск ввиду движения франков. А из Халеба в Дамаск вышел караван с купцами и другими людьми, и они везли сокровища и имущество, принадлежащие жителям Халеба. И когда прибыли они в ал-Куббу, напали на них франки и взяли с них незаконный налог [и ушли], а затем вернулись и схватили их и все то, что было с ними, и повели и
Категория: amorenibis | Добавил: ГендальфЭри (18.01.2011) | Автор: Панов Александр © E
Просмотров: 1888 | Рейтинг: 0.0/0

Всего комментариев: 0
avatar
Форма входа


Рекомендуем прочесть!

Прочтите в первую
очередь!
(Админ рекомендует!)


Павел Панов

Евгений Черников

Валерий Мазманян

Михаил Четыркин

Сергей Окулов

Нина Буйносова

Сергей Симонов

Николай Мережников

Елена Игнатова

Вера Кузьмина

Владимир Потоцкий






Объявления

Уважаемые авторы и читатели!
Ваши вопросы и пожелания
вы можете отправить редакции сайта
через Обратную связь
(форма № 1).
Чтобы открыть свою страницу
на нашем сайте, свяжитесь с нами
через Обратную связь
(форма № 2).
Если вы хотите купить нашу книгу,
свяжитесь с нами также
через Обратную связь
(форма № 3).



Случайный стих
Прочтите прямо сейчас

20 самых читаемых



Наши издания



Наш опрос
Некоторые пользователи предлагают сменить дизайн нашего сайта. Как вы к этому относитесь?
Всего ответов: 57

Наша кнопка
Мы будем вам признательны, если вы разместите нашу кнопку у себя на сайте. Если вы хотите обменяться с нами баннерами, пишите в гостевую книгу.

Описание сайта



Мини-чат
Почта @litclub-phoenix.ru
Логин:
Пароль:

(что это)


Статистика

Яндекс.Метрика
Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0

Сегодня на сайт заходили:

...а также незарегистрированные пользователи

Copyright ФЕНИКС © 2007 - 2022
Хостинг от uCoz